passing_passion: (Default)

Она

В напрасных поисках за ней
Я исследил земные тропы
От Гималайских ступеней
До древних пристаней Европы.

Она забытый сон веков,
В ней несвершенные надежды.
Я шорох знал ее шагов
И шелест чувствовал одежды.

Тревожа древний сон могил,
Я поднимал киркою плиты...
Ее искал, ее любил
В чертах Микенской Афродиты.

Пред нею падал я во прах,
Целуя пламенные ризы
Царевны Солнца - Таиах
И покрывало Моны Лизы.

Под гул молитв и дальний звон
Склонялся в сладостном бессилье
Пред ликом восковых Мадонн
На знойных улицах Севильи.

И я читал ее судьбу
В улыбке внутренней зачатья,
В улыбке девушек в гробу,
В улыбке женщин в миг объятья.

Порой в чертах случайных лиц
Ее улыбки пламя тлело,
И кто-то звал со дна темниц,
Из бездны призрачного тела.

Но неизменна и не та
Она сквозит за тканью зыбкой,
И тихо светятся уста
Неотвратимою улыбкой.


Максимилиан Волошин

passing_passion: (Default)

Она

В напрасных поисках за ней
Я исследил земные тропы
От Гималайских ступеней
До древних пристаней Европы.

Она забытый сон веков,
В ней несвершенные надежды.
Я шорох знал ее шагов
И шелест чувствовал одежды.

Тревожа древний сон могил,
Я поднимал киркою плиты...
Ее искал, ее любил
В чертах Микенской Афродиты.

Пред нею падал я во прах,
Целуя пламенные ризы
Царевны Солнца - Таиах
И покрывало Моны Лизы.

Под гул молитв и дальний звон
Склонялся в сладостном бессилье
Пред ликом восковых Мадонн
На знойных улицах Севильи.

И я читал ее судьбу
В улыбке внутренней зачатья,
В улыбке девушек в гробу,
В улыбке женщин в миг объятья.

Порой в чертах случайных лиц
Ее улыбки пламя тлело,
И кто-то звал со дна темниц,
Из бездны призрачного тела.

Но неизменна и не та
Она сквозит за тканью зыбкой,
И тихо светятся уста
Неотвратимою улыбкой.


Максимилиан Волошин

passing_passion: (Default)
Simberg Hugo (1873-1917), Finnish symbolist painter


« Haavoittunut enkeli » (Раненый ангел), 1903, Finnish National Gallery/Ateneum, Helsinki
Есть у ангелов белые крылья.
Разве ты не видал их во сне —
эти белые нежные крылья
в голубой вышине.

Разве ты, просыпаясь, не плакал,
не умея сказать почему.
Разве ночью ты горько не плакал,
глядя в душную тьму.

И потом, с какой грустью на небо
ты смотрел в этот солнечный день.
Для тебя было яркое небо —
только жалкая тень.

И душа быть хотела крылатой,
не на миг, не во сне, а всегда.
Говорят, — она будет крылатой,
но когда?

Дмитриева Е.И.
(Черубина де Габриак)
1917


О картине:
ru.wikipedia

В 2006 г. картина «Раненый ангел» признана финнами «Картиной нашей страны» по опросу Национального Художественного музея Атенеум.
Источник: Информационный центр финно-угорских народов
passing_passion: (Default)
Simberg Hugo (1873-1917), Finnish symbolist painter


« Haavoittunut enkeli » (Раненый ангел), 1903, Finnish National Gallery/Ateneum, Helsinki
Есть у ангелов белые крылья.
Разве ты не видал их во сне —
эти белые нежные крылья
в голубой вышине.

Разве ты, просыпаясь, не плакал,
не умея сказать почему.
Разве ночью ты горько не плакал,
глядя в душную тьму.

И потом, с какой грустью на небо
ты смотрел в этот солнечный день.
Для тебя было яркое небо —
только жалкая тень.

И душа быть хотела крылатой,
не на миг, не во сне, а всегда.
Говорят, — она будет крылатой,
но когда?

Дмитриева Е.И.
(Черубина де Габриак)
1917


О картине:
ru.wikipedia

В 2006 г. картина «Раненый ангел» признана финнами «Картиной нашей страны» по опросу Национального Художественного музея Атенеум.
Источник: Информационный центр финно-угорских народов
passing_passion: (Default)
Homer Winslow (1836- 1910), American painter


«Sunlight and Shadow» (Свет и тень)


 
Сияли облака оттенка роз и чая,
Спустилась мягко шаль с усталого плеча
На влажный шелк травы, склонившись у ключа,
Всю нить моей мечты до боли истончая,
 
Читала я одна, часов не замечая.
А солнце пламенем последнего луча
Огнисто-яркий сноп рубинов расточа,
Спустилось, заревом осенний день венчая.
 
И пела нежные и тонкие слова
Мне снова каждая поблекшая страница,
В тумане вечера воссоздавая лица
Тех, чьих венков уж нет, но чья любовь жива...
 
И для меня одной звучали в старом парке
Сонеты строгие Ронсара и Петрарки.

Черубина де Габриак
Сонет
passing_passion: (Default)
Homer Winslow (1836- 1910), American painter


«Sunlight and Shadow» (Свет и тень)


 
Сияли облака оттенка роз и чая,
Спустилась мягко шаль с усталого плеча
На влажный шелк травы, склонившись у ключа,
Всю нить моей мечты до боли истончая,
 
Читала я одна, часов не замечая.
А солнце пламенем последнего луча
Огнисто-яркий сноп рубинов расточа,
Спустилось, заревом осенний день венчая.
 
И пела нежные и тонкие слова
Мне снова каждая поблекшая страница,
В тумане вечера воссоздавая лица
Тех, чьих венков уж нет, но чья любовь жива...
 
И для меня одной звучали в старом парке
Сонеты строгие Ронсара и Петрарки.

Черубина де Габриак
Сонет
passing_passion: (Default)

Palmer Walter Launt (1854-1932), American painter


«Albany in the Snow », 1871, Oil on canvas, Private collection


«Когда выпадет снег», — ты сказал и коснулся тревожно
моих губ, заглушив поцелуем слова.
Значит, счастье — не сон. Оно — здесь! Оно будет возможно,
когда выпадет снег.

Когда выпадет снег! А пока пусть во взоре томящем
затаится, замолкнет ненужный порыв!
Мой любимый! Все будет жемчужно блестящим,
когда выпадет снег.

Когда выпадет снег и как будто опустятся ниже
голубые края голубых облаков, —
и я стану тебе, может быть, и дороже и ближе,
когда выпадет снег.



Черубина Де Габриак
(Елизавета Ивановна Васильева (урожд. Дмитриева)

1907
Париж
passing_passion: (Default)

Palmer Walter Launt (1854-1932), American painter


«Albany in the Snow », 1871, Oil on canvas, Private collection


«Когда выпадет снег», — ты сказал и коснулся тревожно
моих губ, заглушив поцелуем слова.
Значит, счастье — не сон. Оно — здесь! Оно будет возможно,
когда выпадет снег.

Когда выпадет снег! А пока пусть во взоре томящем
затаится, замолкнет ненужный порыв!
Мой любимый! Все будет жемчужно блестящим,
когда выпадет снег.

Когда выпадет снег и как будто опустятся ниже
голубые края голубых облаков, —
и я стану тебе, может быть, и дороже и ближе,
когда выпадет снег.



Черубина Де Габриак
(Елизавета Ивановна Васильева (урожд. Дмитриева)

1907
Париж
passing_passion: (Default)

Сомов Константин Андреевич (1869 - 1939)



«Арлекин и смерть», 1907.  Бумага, гуашь, акварель
Большая

От легкой жизни мы сошли с ума.
С утра вино, а вечером похмелье.
Как удержать напрасное веселье,
Румянец твой, о пьяная чума?

В пожатьи рук мучительный обряд,
На улицах ночные поцелуи,
Когда речные тяжелеют струи,
И фонари, как факелы, горят.

Мы смерти ждем, как сказочного волка,
Но я боюсь, что раньше всех умрет
Тот, у кого тревожно-красный рот
И на глаза спадающая челка.

Осип Мандельштам
1913
passing_passion: (Default)

Сомов Константин Андреевич (1869 - 1939)



«Арлекин и смерть», 1907.  Бумага, гуашь, акварель
Большая

От легкой жизни мы сошли с ума.
С утра вино, а вечером похмелье.
Как удержать напрасное веселье,
Румянец твой, о пьяная чума?

В пожатьи рук мучительный обряд,
На улицах ночные поцелуи,
Когда речные тяжелеют струи,
И фонари, как факелы, горят.

Мы смерти ждем, как сказочного волка,
Но я боюсь, что раньше всех умрет
Тот, у кого тревожно-красный рот
И на глаза спадающая челка.

Осип Мандельштам
1913
passing_passion: (Default)
"Из ужаса жизни ведут 5 дверей: религия, наука, искусство, любовь и смерть." Надежда Лохвицкая (Тэффи)

Этот афоризм выношу в профиль. У меня в жизни есть пока только две двери. Но последнюю хотелось бы открыть как можно позже.
passing_passion: (Default)
"Из ужаса жизни ведут 5 дверей: религия, наука, искусство, любовь и смерть." Надежда Лохвицкая (Тэффи)

Этот афоризм выношу в профиль. У меня в жизни есть пока только две двери. Но последнюю хотелось бы открыть как можно позже.
passing_passion: (Default)
Так жизнь ничтожеством страшна,
И даже не борьбой, не мукой,
А только бесконечной скукой
И тихим ужасом полна,
Что кажется - я не живу,
И сердце перестало биться,
И это только наяву
Мне все одно и то же снится.
И если там, где буду я,
Господь меня, как здесь, накажет,-
То будет смерть, как жизнь моя,
И смерть мне нового не скажет.

Дмитрий Мережковский
passing_passion: (Default)
Так жизнь ничтожеством страшна,
И даже не борьбой, не мукой,
А только бесконечной скукой
И тихим ужасом полна,
Что кажется - я не живу,
И сердце перестало биться,
И это только наяву
Мне все одно и то же снится.
И если там, где буду я,
Господь меня, как здесь, накажет,-
То будет смерть, как жизнь моя,
И смерть мне нового не скажет.

Дмитрий Мережковский
passing_passion: (Default)
Жизнь есть – раннее вставание,
Умыванье, одевание.
Туалета долгий сбор
И с кухаркой праздный спор.

Неизбежность чаепития,
Неприятностей открытия,
Из окна тоскливый вид,
Старой тетушки визит.

Жизнь есть скука ожидания,
Кашель, насморк и чихания,
Ряд вопросов и ответ -
Там-де лучше, где нас нет.

Мирра Лохвицкая
passing_passion: (Default)
Жизнь есть – раннее вставание,
Умыванье, одевание.
Туалета долгий сбор
И с кухаркой праздный спор.

Неизбежность чаепития,
Неприятностей открытия,
Из окна тоскливый вид,
Старой тетушки визит.

Жизнь есть скука ожидания,
Кашель, насморк и чихания,
Ряд вопросов и ответ -
Там-де лучше, где нас нет.

Мирра Лохвицкая
passing_passion: (Default)
Каспар Давид Фридрих (Caspar David Friedrich)
"Женщина, наблюдающая закат солнца",1818


Когда торжественный Закат
Царит на дальнем небосклоне
И духи пламени хранят
Воссевшего на алом троне,-
Вещает он, воздев ладони,
Смотря, как с неба льется кровь,
Что сказано в земном законе:
Любовь и Смерть, Смерть и Любовь!

И призраков проходит ряд
В простых одеждах и в короне:
Ромео, много лет назад
Пронзивший грудь клинком в Вероне;
Надменный триумвир Антоний,
В час скорби меч подъявший вновь;
Пирам и Паоло... В их стоне -
Любовь и Смерть, Смерть и Любовь!

И я баюкать сердце рад
Той музыкой святых гармоний.
Нет, от любви не охранят
Твердыни и от смерти - брони.
На утре жизни и на склоне
Ее к томленью дух готов.
Что день,- безжалостней, мудреней
Любовь и Смерть, Смерть и Любовь!

Ты слышишь, друг, в вечернем звоне:
"Своей судьбе не прекословь!"
Нам свищет соловей на клене:
"Любовь и Смерть, Смерть и Любовь!"

Валерий Брюсов
"Баллада о любви и смерти"
passing_passion: (Default)
Каспар Давид Фридрих (Caspar David Friedrich)
"Женщина, наблюдающая закат солнца",1818


Когда торжественный Закат
Царит на дальнем небосклоне
И духи пламени хранят
Воссевшего на алом троне,-
Вещает он, воздев ладони,
Смотря, как с неба льется кровь,
Что сказано в земном законе:
Любовь и Смерть, Смерть и Любовь!

И призраков проходит ряд
В простых одеждах и в короне:
Ромео, много лет назад
Пронзивший грудь клинком в Вероне;
Надменный триумвир Антоний,
В час скорби меч подъявший вновь;
Пирам и Паоло... В их стоне -
Любовь и Смерть, Смерть и Любовь!

И я баюкать сердце рад
Той музыкой святых гармоний.
Нет, от любви не охранят
Твердыни и от смерти - брони.
На утре жизни и на склоне
Ее к томленью дух готов.
Что день,- безжалостней, мудреней
Любовь и Смерть, Смерть и Любовь!

Ты слышишь, друг, в вечернем звоне:
"Своей судьбе не прекословь!"
Нам свищет соловей на клене:
"Любовь и Смерть, Смерть и Любовь!"

Валерий Брюсов
"Баллада о любви и смерти"

November 2012

S M T W T F S
     12 3
4 5 67 8 9 10
111213 14 15 16 17
18 19 2021222324
25262728 2930 

Syndicate

RSS Atom

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Jun. 24th, 2017 06:55 am
Powered by Dreamwidth Studios